Dark Light

Итак, в самом начале девяностых годов образовались две формы армянской государственности – РА и НКР.

В силу особенностей административно-территориального деления Советского Союза принципы и условия становления Республики Армения и Нагорно-Карабахской Республики отличались друг от друга.

Союзная республика – как каждая из остальных четырнадцати (при всех различиях между ними) – получила самостоятельность «сверху», вследствие распада СССР. Тогда как НКАО-НКР добивалась политической независимости «снизу», в атмосфере навязанной Азербайджаном широкомасштабной войны. Однако это был единый процесс, вписывающийся в тысячелетнюю философию неистребимого армянского стремления собирать родину по крупицам и жить в поле единой юрисдикции.

В войне принимала участие вся нация: либо непосредственно на фронтах (в НКР и РА добровольно комплектовались отряды ополчения и самообороны, одновременно производился призыв), либо – оказанием финансовой, экономической и лоббистской поддержки (преимущественно зарубежные соотечественники, но армяне Спюрка тоже сражались).

Ожесточенные сценарии развивались и на территории РА: обстреливались прифронтовые поселения, предпринимались вылазки и в направлении Еревана (в январе 1990 г. бои разворачивались в семидесяти километрах южнее столицы).

Вторая перепись населения РА (2011 г.) зафиксировала общую численность наличного населения в 2 842 243 человек (из постоянного – 3 018 854). По Первой переписи (2001 г.), показатель составлял 3 002 594 (из постоянного – 3 213 011). Какой была демографическая обстановка к моменту распада СССР?

Последняя Всесоюзная перепись населения (1989 г.) проводилась в обстановке серьезных социальных и межнациональных потрясений (включая военные противостояния и миграции), а также – в проекции к Армянской ССР – катастрофического Спитакского землетрясения, жертвами которого стали не менее 25 000 человек. Данные обстоятельства оказали существенное воздействие на географию армянского и азербайджанского расселения в пределах двух соседних республик. Если по предпоследней Всесоюзной переписи (1979 г.), численность армян в Азербайджанской ССР состав-
ляла почти полмиллиона (475 486), то по данным последней переписи – 390 5051. Если в Армянской ССР проживало по переписи 1979 г. сто шестьдесят тысяч азербайджанцев (160 841), то согласно последней Всесоюзной переписи 1989 г. – 84 8602. К моменту подсчета статистических данных миграция продолжалась. Но если рассматривать сухие демографические данные во внутренних границах СССР, то результаты последней Всесоюзной переписи вполне адекватно отражают демографическое состояние армянского советского сегмента к моменту распада государства.К 1989 г. численность советских армян перешагнула рубеж четырех с половиной миллионов человек (4 623 232), 66% из которых (3 083 616) проживало в Армянской ССР3.

Более миллиона трехсот тысяч армян (1 360 106) проживало суммарно в трех республиках:

  • РСФСР – 532 390
  • Грузинская ССР – 437 211
  • Азербайджанская ССР – 390 505

Свыше ста пятидесяти тысяч (155 685) проживало суммарно в четырех республиках:

  • Украинская ССР – 54 200
  • Узбекская ССР – 50 537
  • Туркменская ССР – 31 829
  • Казахская ССР – 19 119

Порядка двадцати четырех тысяч (23 825) проживало суммарно в семи республиках:

  • Таджикская ССР – 5 651
  • Белорусская ССР – 4 933
  • Киргизская ССР – 3 975
  • Латвийская ССР – 3 069
  • Молдавская ССР – 2 873
  • Эстонская ССР – 1 669
  • Литовская ССР – 1 655

Армянская ССР оставалась самой моноэтнической союзной республикой: более 93% от общей численности населения (3 304 776) приходилось на долю титульной нации (3 083 616)4. Численность азербайджанцев составляла в Армянской ССР – 84 860, курдов – 56 127 (статисты нередко путали курдов и езидов, собирая их под одну графу), русских – 51 555.

По занимаемой площади республика являлась наименьшей из пятнадцати:

  • Эстонская ССР – 45, 2 тысячи кв. км
  • Молдавская ССР – 33, 7 тысячи кв. км
  • Армянская ССР – 29, 8 тысячи кв. км

Численность армянского населения за пределами СССР определить довольно сложно. Допускается, что в восьмидесятые годы она колебалась в районе трех миллионов (около миллиона – в странах Ближнего Востока и Южной Америки,
примерно 800 000 – в Северной Америке, более 400 000 – во Франции). К моменту распада СССР общая численность армян в мире составляла не менее семи с половиной миллионов, из которых около 40% проживало в Армянской ССР.

Ни одна из 15 союзных республик не самоопределялась в условиях, сопоставимых с армянскими. Если в большинстве случаев главной задачей политического руководства являлось придумывание мер по обеспечению менее болезненного перехода на новую платформу, то в армянском случае зияли более судьбоносные проблемы.

Последствия Спитакского землетрясения (7 декабря 1988 г.), погубившего 25000 и оставившего без крова 500 000 человек. Всесоюзная перепись (1989 г.) определила численность населения Армянской ССР в 3 304 776 (3 083 616, или 93,3% – армяне). Необходимо было решать проблему полумиллиона обескровленных людей (15% населения республики). Стихия развалила экономическую инфраструктуру севернее Еревана (почти половина территории республики).

Приток в Армянскую ССР более 350 000 беженцев из Азербайджанской ССР. На первых порах общая численность обескровленных соотечественников составила в трехмиллионной республике более 800 000.

Энергетический кризис 1992–1995 гг. После Спитакского землетрясения Совмин Армянской ССР принял решение (январь 1989 г.) о поочередном приостановлении (в промежутке февраля и марта 1989 г.) работы обоих блоков Армянской АЭС. В республике функционировали несколько ГЭС и две ТЭС, которые не могли обеспечивать потребности в электроэнергии. В условиях существования союзной энергетической системы считалось, что республика будет продолжать получать топливо по единой системе. Но этого не произошло. Поставки газа прерывались постоянными взрывами союзного
трубопровода, пролегающего по территории Грузии (взрывы осуществляли азербайджанцы). С 1992 г. республика перешла на режим ежедневных отключений, с ноября – электричество в жилые квартиры подавалось не более часа в сутки. Дома не обогревались, производства (за редкими исключениями) стояли, продукты питания выдавались по карточкам.

Блокада. Азербайджан заблокировал пролегающие по своей территории все армянские железнодорожные выходы: Иджеван–Акстафа, Капан–Зангелан, Миндживан–Мегри, а также Нахиджеван–Арарат (заслонялся иранский выход через Джульфу). Турция заблокировала железнодорожный выход из РА на Карс (западный фланг единой пантюркистской блокады). Выход Армении в северном (российском) направлении постепенно блокировался грузино-кавказским противостоянием в Абхазии (Транскавказская дорога пролегала по зоне конфликта).

Сложнейшие стартовые условия. Необходимость решения любой из перечисленных задач могла стать первостепенной проблемой для каждой союзной республики в период ее политического самоопределения.

С учетом армянского окружения и преемственного характера намерений восточного и западного соседей покончить с ненавистным политическим присутствием, иначе и быть не могло. Не опираться же в прогнозах на чудесное преображение Турции и Азербайджана и их готовность великодушно принять Армению в благородные объятия?

Каждая политическая сила, претендовавшая на верховную власть в такой республике, как Армения, была обязана – с учетом исторического прошлого и настоящего – знать о неизбежности войны, о неизбежности блокады, о неизбежности беженцев, о неизбежности турецких предусловий, о неизбежности многих иных вызовов. В конце восьмидесятых, на заре
государственной независимости, единственный непредсказуемый катаклизм – землетрясение. Остальное – предельно предсказуемо. Об этом предупреждали многие армянские авторы в эмиграции.

В 1925 г. Гарегин Нжде писал: «Одного лишь взгляда на карту достаточно, чтобы понять, что нас ожидает. Все стратегически важные позиции этой маленькой Армении отобраны. Она окружена нашим извечным врагом. Это окружение осуществлено с очевидным расчетом: при удобном случае в кратчайшее время и с наименьшими потерями уничтожить армянство. Армения уязвима в самых разных точках, и всего за несколько часов Турция может перерезать наши позиции, отделить друг от друга армянские провинции и соединиться с Азербайджаном. Враг полон решимости нас уничтожить,
а у нас нет программы самозащиты. Это прискорбное обстоятельство заслуживает пристального анализа. Оно означает, что наш народ не только имеет неверное представление о войне и мире; он еще и неисправим в беспечном отношении к собственному существованию, не способен следовать советам и наставлениям»7.

Кажется, написано в наши дни, а не в годы пребывания советских Армении и Азербайджана в составе ЗСФСР.

Для осознания неминуемости развала СССР не нужно быть феноменально проницательным экономистом или особо одаренным политологом. Для этого довольно жить армянином, ощущающим сопричастность с национальной историей и не утратившим дезоксирибонуклеиновую кислоту памяти. Сколько таких советских союзов – держав не менее сильных и вечных – пришло и сгинуло в летописях армян? Посему серьезной интриги относительно развала очередной империи существовать не могло. Потому-то и била в набат сама необходимость разработки свежих способов консолидации и самозащиты еще до крушения. Именно армянская история, а не иностранные враги СССР, внутренние правозащитники и диссиденты, взывала готовиться к распаду СССР, ибо вослед – блокада и война. О чем и предупреждали в прошлом веке
армянские авторы. Не будь Нагорного Карабаха, зацепились бы турки и азербайджанцы за что-то другое. Очевидно же!

В этом и заключается ценность Нагорного Карабаха для Азербайджана и Турции?

Единственная ценность – это стабильный механизм давления на Армению!Азербайджан и Турция объективно не могут быть заинтересованы в урегулировании Карабахской проблемы и в заключении всеобъемлющего мира. Естественный выбор коренного армянского сегмента Арцаха (составлявшего абсолютное большинство населения НКАО даже к моменту вооруженного конфликта) в пользу выхода из состава Азербайджанской ССР соответствует всем советским и международным правовым положениям. Даже молекулы антагонизма между принципом территориальной целостности государств и права наций на политическое самоопределение, в случае конкретно с Нагорным Карабахом, не существует. Одна автономная область вышла из состава одной союзной республики точно так – в соответствии с теми же правовыми положениями и статьями – как эта одна союзная республика вышла из состава СССР. Решение было подтверждено референдумом в характерной демографической обстановке.

Азербайджан и Турция не могут быть заинтересованы в решении Карабахской проблемы и в заключении всеобъемлющего мира, так как саму проблему рассматривают не в системе международного права, а в плоскости унаследованного с позапрошлого века Армянского вопроса (где она и располагается исторически). Удалить последний копчик – вот и все!

В этом вопросе оба государства выступают как одна сторона, чем и объясняется вовлеченность Анкары в формально армяно-азербайджанский конфликт. Оба политических субъекта не могут позволить себе отказаться от Нагорного Карабаха как удобного рычага регионального и международного давления на армянскую государственность. Вектор окончательного изживания ненавистного политического и демографического элемента из региона не сходит с пантюркистской повестки, а посему лучшего механизма давления на армян трудно придумать. Это именно тот фактор, который:

  • «Аргументирует» перед международной общественностью все формы государственной агрессии в отношении Армении (включая блокаду железнодорожных коммуникаций и представление армян в качестве агрессоров, оккупировавших «пятую часть соседней республики», сделавших беженцами «миллион жителей», «учинивших геноцид» и т. д.).
  • Собирает под пантюркистские знамена все тюркские государства, включая членов ОДКБ, формально являющихся союзниками Армении. В 2004 г. в рамках работы 59-й Генеральной Ассамблеи ООН два члена ОДКБ – Казахстан и Киргизия – поддержали азербайджанскую инициативу о внесении на обсуждение вопроса «О ситуации на оккупированных территориях Азербайджана», направленного против Армении – третьего члена ОДКБ. Они нарушили одно из ключевых положений Устава ОДКБ, которое гласит: «Государства-члены согласовывают и координируют свои внешнеполитические позиции по международным и региональным проблемам безопасности, используя в том числе консультационные механизмы и процедуры организации»8. В 2008 г. на 62-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН азербайджанский проект резолюции поддержал Узбекистан, являвшийся тогда членом ОДКБ. Тем самым, все три тюркских члена ОДКБ (Казахстан, Киргизия, Узбекистан) обвинили армян в агрессии. Аналогичное положение фиксируется и в других блоках9.
  • Собирает и солидаризует радикальные исламистские структуры против Армении.

Иными словами, Анкара и Баку, рассматривая Карабахский вопрос сквозь политическую призму Армянского вопроса, не намерены упускать из рук столь удобный инструмент давления на армян.

Безусловно! Единственный вариант подписания всеобъемлющего мирного договора, на который согласятся азербайджанцы и турки – безоговорочная капитуляция армян и признание территориальной целостности Азербайджанской ССР. Ведь такой итог возвестит агонию армянских мотиваций и атрофию национальных мышц. Карабах – не территориальный
спор. В аспекте пантюркистских интересов – реальная возможность полностью выключить Армению.

Потому и готовность Еревана к взаимным уступкам – мы не рассуждаем о степени обоснованности такой готовности – отметается изначально. Ведь в случае «разрешения конфликта» пантюркистской стороне пришлось бы смоделировать новый очаг и новую причину напряженности, едва ли способных вобрать весь спектр и всю совокупность возможностей карабахского рычага. Лишь в том и кроется ценность Нагорного Карабаха для Азербайджана и Турции. Здесь вопрос не в конкретной территории, а в армянской государственности в целом. Приведу только три примера.

  • Нельзя отталкиваясь от проблемы Нагорного Карабаха понять направленность призыва президента Гейдара Алиева к историкам: «Надо создавать такие произведения, чтобы они постоянно, в последовательной форме доказывали принадлежность Азербайджану земель, где расположена ныне Армения. Мы должны сделать это – открыть дорогу будущим поколениям!»10
  • В 1998 г. Гейдар Алиев заявил: «Территория, называемая сейчас Арменией, это Западный Азербайджан – Иреванский, Гейча, Зангибасарский, Зангезурский махалы – все это было местом проживания азербайджанцев, мусульман. Не думаю, что ислам на этой земле стерт навеки. Ислам опять вернется туда, где был. Я верю в это, верю, что хозяева этой территории – мусульмане, азербайджанцы вернутся туда <…> эти земли никогда нельзя стереть с карты ислама»11.
  • В 1998 г. в Баку вышла в свет «Историческая география Западного Азербайджана» с титульным указанием: «Книга напечатана согласно Указу Президента Азербайджанской Республики Гейдара Алиева».

Под «Западными Азербайджаном» подразумевается современная Республика Армения. В предисловии подчеркивается: «Данный сборник играет особую роль в заполнении той пустоты, которая имеет место в исследовании истории, географии Азербайджана, исторических корней азербайджанского народа. Известно, что в нашей историографии имеется нуждающийся в исправлении серьезный недостаток <…> доказано, что этносы тюркского происхождения на территории нынешней Армении начали жить еще в VIII–VII вв. до нашей эры и что <..> Иреванское ханство, занимавшее особое место среди азербайджанских ханств своей мощью и позицией, с древних времен являлось землей Азербайджана»12.

Словосочетание «Западный Азербайджан» применялось пантюркистами даже до образования СССР…

Конечно! Это и есть преемственность целей и задач. Ничего нового: все озвучивалось еще задолго до Карабаха. В правление нынешнего азербайджанского президента политика, ориентированная на курс представления междуна родному сообществу «азербайджанской принадлежности Еревана», интенсифицировалась. В 2004–2006 гг. Министер-
ство юстиции Азербайджана зарегистрировало ряд общественно-политических организаций, ориентированных на представление миру нелегитимности армянского государства и «справедливого характера» требований о присоединении «Западного Азербайджана» к Азербайджанской Республике. И где тут Нагорный Карабах?

Названия некоторых организаций, зарегистрированных в Министерстве юстиции Азербайджана – «Фронт освобождения Западного Азербайджана», «Возвращение в Иреван», «Союз освобождения Иревана». В 2006 г. председатель «Союза освобождения Иревана» Джейран Ансари обратился к Генеральному секретарю ООН, председателю СЕ и странам-сопредседателям МГ ОБСЕ по карабахскому урегулированию с призывом признать Ереван «азербайджанским городом».

В марте 2007 г. Ильхам Алиев, выступая на открытии первого Всемирного форума руководителей азербайджанской и турецкой диаспорских организаций, заявил: «С целью вытеснения азербайджанцев с исторических земель и создания на этих площадях мифической “Великой Армении” армяне подвергали азербайджанский и турецкий народы идеологической, военной и культурной агрессии. В 1918 г. на азербайджанских землях было создано армянское государство, которому уступили в качестве столицы Иреван – один из важнейших культурных центров Азербайджана»14.

В мае 2007 г. на открытии поселка в Сабунчинском районе Баку он заявил: «Нынешнее армянское государство сформировалось на азербайджанской земле. В 1918 г., когда образовалась Азербайджанская Демократическая Республика, она подарила город Иреван Армении. Иреванское ханство является исконной азербайджанской землей. Армяне пришли в этот регион как гости»15.

В декабре 2007 г. депутаты азербайджанского парламента выступили за необходимость реализации проектов по информированию международного сообщества «об азербайджанской принадлежности Еревана»: «В мире не информированы о факте передачи Армении азербайджанского города Иреван»16.

В 2008 г. по инициативе правящей в Азербайджане партии было принято решение о создании парламентской комиссии во главе с вице-спикером Зияфетом Аскеровым «для расследования правомочности передачи Иревана Армении». Выступая в милли-меджлисе, директор Института истории НАН Азербайджана, депутат Ягуб Махмудов (Мамедов) заявил: «Акт о передаче Иревана Армении не имеет правовой силы, так как был принят в условиях отсутствия кворума»17.

В 2010 г. на презентации книги «Иреванское ханство» заместитель председателя правящей партии Али Ахмедов заявил: «Книга подтверждает заявление президента Ильхама Алиева о том, что Ереван является азербайджанской территорией и ответом на его призыв не забывать о временно утраченных азербайджанских землях»18.

В апреле 2010 г. Ильхам Алиев во время визита в Эстонию заявил в Министерстве иностранных дел этой балтийской республики: «У армян есть армянское государство, несмотря на то, что и это государство создано на исторических азербайджанских землях. Это известно всем. На следующий день после провозглашения Азербайджаном независимости в 1918 г. Азербайджанская Демократическая Республика приняла решение передать Армении в качестве столицы город Иреван. Иреван был городом Иреванского ханства, в котором жили азербайджанцы»19.

В октябре 2010 г., принимая участие в открытии нового здания средней школы в городе Евлах, азербайджанский президент подчеркнул: «Я неоднократно говорил, что нынешняя Армения, территория, именуемая на карте Республикой Армения, – исконно азербайджанская земля. Это истина! Зангезур, Иреванское ханство – наши земли! Как может быть, что в 1918 г. объявление Иревана столицей Армении произошло по решению правительства Азербайджанской Демократической Республики?! Если регионы относился к мнимой “Великой Армении”, то почему просили нашего разрешения?»20.

В декабре 2011 г. в Баку прошла презентация интернет-портала erevangala500.com, посвященного «500-летию Иреванской крепости». Директор Центра истории Кавказа и Малой Азии Шалала Гасанова специально подчеркнула, что «основным мессиджем в выступлениях президента Азербайджана Ильхама Алиева является то, что столица современной
Армении Ереван создана на развалинах Иреванского ханства»21.

В апреле 2012 г. бакинские СМИ сообщили: «История доказывает, что территория нынешнего государства под названием Армения – исконно азербайджанская земля. Ни один историк, объективный исследователь не может отрицать этого. Историки неоднократно доказывали, что армяне на территории Азербайджана и в целом на Южном Кавказе являются
пришлым народом, во времена расширения политики царской России по покорению Кавказа на этой территории армяне не имели своего государства. Эту мысль озвучивал с высоких трибун президент Ильхам Алиев. Факты, выявленные азербайджанскими историками, подтверждают, что нынешняя территория Армении – историческая земля Азербайджана»22.

Едва ли имеет смысл продолжать цитировать вздор, оскорбляющий разум. Но такая дребедень взращивает поколения и констатирует преемственность пантюркистских устремлений окончательно задушить Армению. Причем тут Карабахская проблема? Ее не существует, как не было ее во время апрельской резни армян в Киликии (1909 г.), чудовищного истребления в Первую мировую, в сентябрьские дни 1918 г., когда Исламская армия Нури только в одном Баку умерщвила тридцать тысяч армян… Не было бы Арцаха, было бы другое!

Истоки нынешней блокады армянских железнодорожных коммуникаций тоже располагаются в первой четверти XX в. и вообще не связаны с Карабахской проблемой. В ноябре 1920 г. исполняющий обязанности министра внешних сношений Турции Ахмет Мухтар направил командованию Восточного фронта (генералу Карабекиру паше) циркуляр: «Настоятельная необходимость! Под предлогом установления контроля над железными дорогами и защиты мусульманского населения необходимо установить полный военный контроль над всей территорией Армении и таким образом удерживать в наших руках все дороги, связывающие Турцию и Азербайджан»23. Достаточно вспомнить изоляцию Первой республики.

И все прочие вопросы тоже четко просматриваются именно в контексте преемственной пантюркистской идеологии. Международный трибунал в Нюрнберге осудил именно нацистскую идеологию и подчинил этому заглавному приоритету всю имеющуюся документацию (о концентрационных лагерях и крематориях, об умерщвлении мирного населения и т. д.). В случае с геноцидом армян смещены именно приоритеты: в лучшем случае осуждается лишь резня в годы Первой мировой войны, но никак не взрастившая эту резню идеология. В большинстве случаев игнорируются факты существования в Османской империи фильтрационных лагерей, планомерных медицинских экспериментов над армянами, уничтожение культурного наследия армян и др. Кажется, что международное сообщество не имеет представления о том, что сегодня в мире все еще существует идеология, не менее расистская, чем нацизм, и что именно эта идеология определяла и определяет характер многих процессов и событий региональной жизни, в том числе таких, как Карабахская война, геноцид в Сумгаите и Баку. Геноцид продолжается до тех пор, пока взрастившая его идеология не стала предметом международного судебного разбирательства. Однако пантюркизм не только не осуждается, он даже не фиксируется.

Вообще, армянам не следует заниматься самообманом. Вопрос признания и осуждения чудовищной резни в Османской империи – дело личного катарсиса каждой из вовлеченных в мировой передел держав. От признания или неприз-
нания геноцида ни одна из них не станет нравственнее или аморальнее, чем есть. При рассмотрении данной темы парламентарии каждого государства руководствуются своими интересами, что абсолютно естественно. Существует сто самых разных причин военно-политического, внутриполитического, экономического и демографического характера, которые
либо поддерживают, либо блокируют соответствующие законопроекты в тех или иных парламентских подкомиссиях, комиссиях, палатах. Предметно знаком с подноготной вопроса. Уверяю, ни одна из этих ста причин вообще не соприкасается с армянскими интересами. Лишь в случае фиксации и международного разоблачения пантюркизма именно как расистской идеологии и можно осторожно рассуждать о международном признании вопиющих преступлений в отношении армян (и не только в Османской империи). Покуда же в современной дипломатии и актуальном парламентаризме нет даже
эмбриона подобной постановки вопроса, констатировать признание геноцида каким-либо государством – самообман.

То есть проект Великого Турана, провозглашенный первыми пантюркистами (младотурками, мусаватистами, Ататюрком), не сдан в архив истории?

Конечно! Постоянно модифицируясь, он не перестает процветать. В отличие от того же панславизма. Важно учитывать следующую деталь: независимо от формы государственного правления – монархия или республика, независимо от партийной принадлежности (младотурки, мусаватисты, коммунисты, кемалисты, исламисты), все основные и наиболее влиятельные фигуры турецких и азербайджанских политических институтов остаются оголтелыми пантюркистами, поборниками создания Великого Турана, апологетами ликвидации «армянского барьера» как первого шага на пути к реализации обозначенной цели. Скоординированность действий турецких и азербайджанских политических сил, их сплоченность вокруг пантюркистского мракобесия со всей настойчивостью, последовательностью и агрессивностью
проявлялись задолго до появления Карабахской проблемы – она и появилась-то только «благодаря» этой сплоченности. Каждый, кто рассматривает Карабахскую проблему в качестве причины, а не следствия армяно-азербайджанского конфликта – будь то отдельный политик, аналитик или отдельная посредническая миссия – очень глубоко заблуждается.

О восточном векторе. Сразу после распада СССР и последующего (март 1992 г.) вступления Азербайджана и четырех центральноазиатских тюркских государств в ООН, Турция приступила к работам по закладыванию традиции проведения саммитов глав тюркоязычных государств. Первый форум прошел в октябре того же года в Анкаре, а уже через год – по итогам визитов главы Турции Тургута Озала в Центральноазиатский регион и Азербайджан – шестью президентами был подписан протокол о создании Содружества тюркоязычных государств.

К примеру, в октябре 2009 г. в Нахиджеване прошел уже IX саммит глав тюркоязычных государств.

На этом саммите учредился и Тюркский совет. Об атмосфере можно судить хотя бы из следующих выступлений: Азербайджанский президент Ильхам Алиев: «Добро пожаловать в Азербайджан, на древнюю азербайджанскую землю – Нахчыван! Нахчыван – азербайджанская земля, имеющая древнюю историю и культуру. Он является единственным сопредельным с Турцией регионом Азербайджана. Отделение в свое время от Азербайджана его исторической, исконной земли – Зангезурского региона – и присоединение к Армении географически расчленило великий тюркский мир. Таким
образом, деятельность тюркского мира как единой семьи и единой силы была приостановлена на десятилетия. Однако благодаря нашим усилиям связь укрепляется. Правда, географически сегодня между нами расположен Зангезурский регион – древний азербайджанский край, находящийся сейчас в составе Армении»24.

Президент Турции Абдулла Гюль: «Нахчыван является родным и дорогим как для Азербайджана, так и для Турции. Граница между Азербайджаном и Турцией в Нахчыванском регионе физически мала, но в политическом смысле значение границы протяженностью 10–12 километров чрезвычайно велико. Эта наша граница является очень символическим переходом, который географически соединяет Турцию с тюркскими республиками»25.

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев: «Хотя политико-экономическое сотрудничество между тюркоязычными государствами ведется на высоком уровне и имеются совместные проекты в различных отраслях, не хватает общего органа для координации и контроля взаимоотношений. Сегодня я вношу от Казахстана на рассмотрение саммита предло-жение о создании совета сотрудничества тюркоязычных государств, обладающего всеми необходимыми признаками политического регионального объединения, правовым статусом и определенными организационными структурами, или иначе – Тюркского совета. Для того чтобы добиться единства тюркоязычных братских государств, о котором мечтал Ататюрк, следует совершенствовать сотрудничество на политическом уровне, поднять его на новую высоту»26.

Предложение Астаны было принято. А позже казахстанский вождь постоянно заявлял, что Еревану, если он намерен вступать в ЕАЭС, необходимо забыть про Карабах.

Иными словами, в ракурсе пантюркистских интересов Нагорный Карабах – средство для изоляции Армении.

Удобное средство для приостановления способа деления армянских белков и нуклеиновых кислот. Отменить армянскую жизнь – ничего более! Несостоятельность и нежелание мировых судей хотя бы зафиксировать само существование расистской идеологии и стелит перед мизантропом широкие раздолья. СССР «заморозил ненависть», охладив мощным «ледяным панцирем» обостренность агрессии, но с развалом страны все замороженные процессы вновь встрепенулись, обогатившись свежими юркостями. Посему с девяностых годов Турция уже предъявляла условия армянам.

В частности, Анкара и Баку стремились придать войне характер священного джихада.

И, тем самым, подчинить панисламизм идее пантюркизма и ставшего его неотъемлемой частью паназербайджанизма. Хотя курс этот не был поддержан рядом арабских государств и Ираном, тем не менее представляющие международную террористическую сеть силы продолжали направлять отряды на «священную войну» против армян.

На Карабахском фронте (в годы «священной войны» против армян) и прошли свою первичную апробацию некоторые формы террористических действий, которые из-за традиционной слабости международной морали в отношении армян, приобрели позднее глобальный охват и более изощренные формы. Мало кто в курсе о том, что в течение почти четырех лет армянское сопротивление джихаду играло важнейшую сдерживающую роль в мире.

Каким образом?

Оно гасило активность террористических структур по периметру конфликта, не давая терроризму стать глобальным. Лишь после приостановления активных боевых действий в Нагорном Карабахе преступники войны появились в Боснии,
на Северном Кавказе и в других районах планеты. Именно с мая 1994 г. экстремизм и «вырвался наружу», превратившись в глобальный и международный. Только несколько сводок.

«”Аль-Каида” начала действовать на территории СССР в конце 1980-х, когда основала свой офис в Баку для оказания поддержки азербайджанским моджахедам в их войне против христианской Армении за контроль над Нагорным Карабахом» («Washington ProFile»). «Один из сообщников бин Ладена утверждает, что сам бин Ладен лично руководил моджахе-
дами по меньшей мере в двух сражениях в Карабахе»27.

«Азербайджан пережил волну “исламского возрождения” на рубеже 1980−1990 гг., породившую множество местных исламистских групп, исповедующих идеологию насилия и желающих установления отношений со схожими организациями за рубежом. В 1990-1991 гг. некоторые из вновь созданных азербайджанских исламистских групп предложили отправить добровольцев для оказания поддержки Саддаму Хусейну в войне в Персидском заливе. Член “Аль-Каиды” Джамал Ахмед эль-Фадл, арестованный ФБР за участие в бомбежках посольств США в 1998 г., признал, что организация стала
проявлять активность в Азербайджане еще в 1989 г.»28.

Между Кабулом и Баку функционировала воздушная связь, обеспечивавшая Азербайджан постоянным военным пополнением; переброска моджахедов координировалась премьер-министром Гюльбеддином Хекматияром и пакистанскими службами, контролировавшими ситуацию в пуштунском лагере Афганистана.

В 1991 г. в зоне карабахского противостояния появились подразделения Шамиля Басаева и Салмана Радуева. Азербайджанский полковник Азер Рустамов вспоминал: «В боях летом 1992 г. неоценимую помощь нам оказали около сотни чеченских добровольцев во главе с Басаевым и Радуевым. Однако и они из-за больших потерь вынуждены были покинуть поле боя и уйти»29. Басаев публично заявит: «Мы пришли в Карабах для джихада»30.

В мае 1992 г. террорист дислоцировался в Шуши: «Шушу бросили на произвол судьбы. Около семисот армян перешли в наступление. Ну и что с того? Имея такой крепкий гарнизон и такое количество оружия, учитывая, какое стратегически выгодное положение занимала Шуша, сто человек могли бы по крайней мере год удерживать город. Мы несли большие жертвы из-за глупости командиров, и никто никогда не был наказан»31.

Идеолог чеченского движения Мовлади Удугов отмечал, что после России исламисты возьмутся за Карабах: «Карабах не только азербайджанская, но и мусульманская территория. Армянская политика вызывает возмущение чеченских моджахедов. В программах многих исламских военных группировок после освобождения Дагестана вопросом номер два является Карабах. Исламские военные формирования не станут дожидаться возобновления войны. Они намереваются начать поход за возвращение мусульманских территорий Закавказья»32.

В начале 1990 гг. из Афганистана в Баку перебрался Хаттаб, вступивший в Карабахе в контакт с боевиками Басаева и отрядами Конфедерации народов Кавказа. Хаттаб находился в Баку 15 мая 1992 г., когда республику посетили премьер-министр Турции Сулейман Демирель и лидер ультранационалистических «Серых волков» Тюркеш. В тот день он встречался с Эльчибеем и обсуждал вопросы прихода последнего к власти в Баку (геральдика Ичкерии — лежащий под луной волк — идейно-композиционно восходит к эмблеме «Серых волков»).

В правление Абульфаза Эльчибея исламистский фактор усилился. Доверительные отношения с чеченским лидером Джохаром Дудаевым Эльчибей установил еще до своего избрания президентом в июне 1992 г. Президент Азербайджана также посещал Грозный, выступал на митинге, в его личной охране были чеченцы. При нем военным советником состоял
турецкий генерал Яшар Демирбулак, принимавший посильное участие в строительстве азербайджанской армии. Должность же замминистра внутренних дел Азербайджана занимал Ровшан Джавадов, который в 1989 г., скрываясь от ареста, несколько месяцев жил в Пакистане, где встречался с боевиками Исламской партии Афганистана, а после возвращения
осенью того же года был назначен на должность командира патрульно-постовой службы Лачина. В декабре 1992 г. Джавадов уже в должности замминистра МВД Азербайджана вылетел в Афганистан на встречу с лидером Исламской партии Афганистана, новым премьер-министром Гюльбеддином Хекматияром и генералом Рашидом Дустумом, организовавшим в апреле 1992 г. кабульский переворот, приведший моджахедов к власти. Результатом этих встреч стало очередное прибытие на Карабахский фронт весной 1993 г. около 1000 афганских моджахедов.

Какой была обстановка на армяно-турецкой границе?

Исключительно важную сдерживающую роль сыграли Иран и Россия. Официальный Тегеран изначально занял резко отрицательную позицию в вопросе о придании армяно-азербайджанскому конфликту характера джихада. Помимо прочего, он рассматривал противостояние в контексте пантюркистских и паназербайджанских устремлений, ориентированных и на расчленение Ирана. В 1992 г. руководство Исламской республики дало понять, что не будет пребывать в роли наблюдателя в случае нарушения Турцией армянской границы.

Иными словами, была реальная угроза открытия Второго фронта против армян.

Безусловно! Перспектива открытия Второго фронта против армян приобрела особенно реальные контуры с 1992 г. В феврале на армяно-турецкой границе уже была развернута III полевая армия турецких ВС, в распоряжении которой
находилось свыше 1 500 танков, около 2 500 орудий и минометов, более 1 100 бронетранспортеров. Это стало ответом на успешные действия сил самообороны НКР, установивших контроль над аэродромом Ходжалы (современный Иванян) и прорывом воздушной блокады республики.

Поселок под названием Ходжалы располагался в полутора десятках километров от столицы НКР Степанакерта. Основа его стратегического значения – аэропорт. С конца восьмидесятых годов азербайджанские власти приступили к реализации в отношении этого поселения особой демографической политики. Помимо притока собственно азербайджанского
населения из разных районов республики, здесь осуществлялось и расселение месхетинских турок. В результате целенаправленной политики население поселка утроилось в течение трех лет: если в 1988 г. оно составляло чуть более двух тысяч человек, то уже в 1991 г. перевалило за шеститысячный показатель. С сентября 1991 г. жилые кварталы Степанакерта
подвергались ежедневным массированным обстрелам азербайджанских сил с применением артиллерии и модифицированных противоградовых ракетных установок типа «Алазань» и «Кристалл». Особенно интенсивный огонь поддерживался из Шуши – легендарной крепости, возвышающейся почти на полкилометра непосредственно над Степанакертом. С января 1992 г. к используемому против мирных жителей оружию прибавились установки «Град» – реактивной системы залпового огня (БМ– 21), представляющей собой эволюцию «Катюши». Установка (дальность поражения цели – до 30 км)
предназначается для уничтожения и подавления живой силы и боевой техники противника в районах сосредоточения, ликвидации артиллерийских и минометных батарей, разрушения укреплений, опорных пунктов и узлов сопротивления. В степанакертском направлении установка применялась в отношении мирного населения.

В результате постоянных обстрелов, продолжительной осады, наличия огромного числа беженцев, а также невосполнимых в рамках одного агрономического года сельскохозяйственных потерь, в Нагорном Карабахе (особенно в столице) начинался голод. Положение усугублялось отсутствием горючего для транспорта, без чего доставка продуктов из сравнительно благополучных сел в город становилась почти невозможной. Наряду с этим азербайджанские милицейские и военные подразделения перекрыли фактически все сухопутные дорожные артерии.

В результате постоянных обстрелов, продолжительной осады, наличия огромного числа беженцев, а также невосполнимых в рамках одного агрономического года сельскохозяйственных потерь, в Нагорном Карабахе (особенно в столице) начинался голод. Положение усугублялось отсутствием горючего для транспорта, без чего доставка продуктов из сравнительно благополучных сел в город становилась почти невозможной. Наряду с этим азербайджанские милицейские и военные подразделения перекрыли фактически все сухопутные дорожные артерии.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Related Posts